«Полет синички»


«05.12.06

….Как бы ты не хотел, всегда приходит пора сказать «прощай». Иногда приходиться говорить это слово лучшим друзьям, иногда близким, иногда мало знакомым людям… Но мне кажется, тяжелее всего сказать «прощай» своим любимым питомцам. Как правило, животные не способны на жалость, подлость, коварство. Они преданно дружат с тобой, ты с ними. А вот люди... Даже лучшие друзья тебя предают. Вот поэтому я и люблю животных больше, чем людей…»

 

         Зимним утром отец растопил камин и предложил мне чашку горячего молока. Я, кутаясь в плед, отказалась. Нет, не потому, что не хотелось высовывать руки из-под теплого пледа, а мне просто нужно было посидеть «обездвиженной». Нужно было раствориться в теплом огне за стеклянной каминной дверцей. Сегодня мне друг детства сказал «прощай». Все воспоминания канули в пропасть. Теперь, вспоминая счастливые будни детства, мне будет чего-то не хватать. Чего? Воспоминаний. Сейчас я старательно стираю друга и его имя из памяти. Зачем засорять голову хламом? Да, теперь это именно хлам. Я уверенна, что он сидит у себя дома и тоже старательно «стирает» меня, называя ненужным хламом. Должно ли мне быть больно, обидно? Хм... Нет. Мне и не больно, и не обидно. Люди приходят в нашу жизнь, чтобы скрасить ее, а уходят, чтобы изменить.

         97% памяти «Я и Ромка» стерты. Осталось жалких 3%. Но я уверена, что они будут самыми трудными. В эти 3% я вложила те мелкие воспоминания, которые заставляли меня и Ромку плакать. Например, потеря нашего пса – Лайка. Или вот еще, более яркое: нахождение того самого Лайка. Кстати о Лайке: он мой второй друг детства. Правда, мне пришлось с ним попрощаться тем летом. От ужасной жары старый пес, и без того больной,  умер.

         Сердце неприятно кольнуло. Вот оно. С ним было тяжело расставаться. Мне захотелось прогуляться к нему на могилу. Выбравшись из-под пледа, я направилась к выходу. Вскоре, убедившись, что не замерзну на улице, я покинула дом. До могилы Лайка идти было долго, часа пол. Всю дорогу я «убила» на то, чтобы стереть окончательно воспоминания о Ромке.

         Душа свободна для новых людей. Но не для собак. Я пока не забыла Лайка. Ох, этот пес! Желтоватая окраска, карие глаза, мохнатые сильные лапы. Я буду помнить его вечно. Правда, вспоминать буду реже, чем вчера или позавчера...

         Дойдя до могилы, я достала с кармана куклу в виде осьминога и положила рядом с надгробием Лайка. Он любил играть с ней. Зачем я все это время хранила под боком осьминога? Не знаю. Но расставшись с куклой, я почувствовала, как кусочек меня оторвался и улетел куда-то. Воспоминание? Возможно...

         Но тут мои размышления прервал какой-то шорох. Я обернулась и удивленно посмотрела на силуэт, приближавшийся ко мне. Это был Ромка. За 15 лет дружбы я узнаю его за километр.

- Тебя тоже 3% выгнали из дому? – спросила безразлично я, грея руки в карманах куртки, и рассматривая фото Лайка на надгробии.

- Ага, – лениво ответил мне Ромка.

Мы стояли так около часа. Оба молчали. Нужно домой. Развернувшись, я пошла обратно, не забыв попрощаться с Ромкой.

- Прощай, – ответил мне он. Наши голоса были такими, словно... Словно мы первый и последний раз видимся. Хотя, так оно и есть.

Я не чувствую обиды или злости. Мне просто жалко Лайка.

Дойдя до дома, я в ужасе заметила рядом с дверью маленькую птичку. Наверное, сильный порыв ветра снес ее, и та, не рассчитав, ударилась о дверь. Аккуратно подняв синичку, я быстро направилась в свою комнату.

 

«21.02.07

Мне кажется, она злится на меня. Но что я могу поделать, если у нее сломано крыло? Ей нельзя лететь! Тем боле в такую метель. Ужасная погода длится уже четвертый день…»

«19.03.07

Думаю, теперь можно ее отпускать. Не знаю, когда синички улетают, но думаю, моя Шарле будет мне благодарна..

 

Взяв Шарле в руки, я направилась на улицу. Сердце разрывалось на куски. Хотелось рыдать от мысли, что я больше никогда не увижу свою маленькую Шарле.

- Лети, милая, лети! – выпустив синичку, я села на землю. На глаза навернулись слезы. Шарле пролетела пару кругов над моей головой, исполняя прощальную песню, и взмыла высоко в небо.  Красивый взмах крыльев, еще и еще... Шарле набирала высоту. Но вскоре ее вовсе не стало видно.

Каждый год она прилетает ко мне.  Садится на подоконник и поет мне песни. С того момента прошло уже пять лет. И каждое расставание дается мне все сложнее и сложнее.

«05.12.12

«Сегодня вспомнила, что шесть лет прошло, как мы поссорились с Ромкой. Давно я его не вспоминала. Интересно, как он? Хотя нет, не интересно..

 

Сердце не болит, когда вспоминаю Ромку. Но через столько лет я могу плакать по Лайку и Шарле.

 

Ольга Шестопалова

ФИЗ І-2


Переглядів:  626